Дверь и мир

Перевод И. Гуровой



У авторов, желающих привлечь внимание публики, существует излюбленный
прием, сначала читателя уверяют, что все в рассказе - истинная правда, а
затем прибавляют, что истина неправдоподобнее всякой выдумки. Я не знаю,
истинна ли история, которую мне хочется вам рассказать, хотя суперкарго
испанец с фруктового парохода "Эль Карреро" клялся мощами святой Гваделупы,
что все факты были сообщены ему вице-консулом Соединенных Штатов в Ла Пасе -
человеком, которому вряд ли могла быть известна и половина их.
А теперь я не без удовольствия опровергну вышеприведенную поговорку,
клятвенно заверив вас, что совсем недавно мне довелось прочесть в заведомо
выдуманном рассказе следующую фразу: "Да будет так", - сказал полисмен".
Истина еще не породила ничего, столь невероятного.
Когда X. фергюсон Хеджес, миллионер, предприниматель, биржевик и
нью-йоркский бездельник, решал веселиться и весть об этом разносилась "по
линии", вышибалы подбирали дубинки потяжелее, официанты ставили на его
любимые столики небьющийся фарфор, кэбмены скоплялись перед ночными кафе, а
предусмотрительные кассиры злачных мест, завсегдатаем которых он был,
немедленно заносили на его счет несколько бутылок в качестве предисловия и
введения.
В городе, где буфетчик, отпускающий вам "бесплатную закуску", ездит на
работу в собственном автомобиле, обладатель одного миллиона не числится
среди финансовых воротил. Но Хеджес тратил свои деньги так щедро, с таким
размахом и блеском, как будто он был клерком, проматывающим недельное
жалование. В конце концов, какое дело трактирщику до ваших капиталов? Его
интересует ваш счет в баре, а не в банке.
В тот вечер, с которого начинается констатация фактов, Хеджес
развлекался в теплой компании пяти-шести друзей и знакомых, собравшихся в
его кильватере.
Самыми молодыми в этой компании были маклер Ральф Мэррием и его друг
Уэйд.
Зафрахтовали два кэба дальнего плавания; на площади Колумба легли в
дрейф и долго поносили великого мореплавателя, непатриотично упрекая его за
то, что он открывал континенты, а не пивные. К полуночи ошвартовались где-то
в трущобах, в задней комнате дешевого кафе.
Пьяный Хеджес вел себя надменно, грубо и придирчиво. Плотный и крепкий,
седой, но еще полный сил, он готов был дебоширить хоть до утра Поспорили -
по пустякам, - обменялись пятипалыми словами, словами, заменяющими перчатку
перед поединком. Мэррием играл роль Готспура (1).
Хеджес вскочил, схватил стул, размахнулся и яростно швырнул его в
голову Мэрриема Мэррием увернулся, выхватил маленький револьвер и выстрелил
Хеджесу в грудь. Главный кутила пошатнулся, упал и бесформенной кучей застыл
на полу.
Уэйду часто приходилось иметь дело с нью йоркским транспортом, поэтому
он умел действовать быстро.

Страницы: (66) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Многие из них -- куда более жуткой смертью.» С готовностью к любому исходу он проводил время в одиночке, неспешно насвистывая мелодии. День за днём, разглядывая сквозь решетчатое окошко проплывавшие мимо облака, вспоминал лица и тела женщин, с которыми когда-то спал. И всё же Такия Сёсабуро повезло: он оказался одним из двух счастливчиков-японцев, которые смогли выйти из тюрьмы живыми и вернуться на родину.
Исхудалый, он в чём был в том и ступил весной 1946 года на японскую землю. А когда приехал домой, узнал, что дом сгорел от пожара годом раньше во время мартовского налёта на Токио. Тогда же погибли и родители. Единственный старший брат пропал без вести на фронте в Бирме. И Такия Сёсабуро остался один-одинёшенек в этом огромном мире. Но он не горевал. Конечно, чувство обездоленности было. Однако любой странник в этом мире рано или поздно остаётся один. Ему всего тридцать лет, а это не тот возраст, когда можно винить окружающих за собственное одиночество. Он лишь почувствовал свой возраст, и ничего больше. И никаких других эмоций.
Итак, Такия Сёсабуро уцелел. А раз выжил -- нужно было работать головой, чтобы оставаться на плаву и дальше.
Ничего другого он делать не умел, поэтому просто собрал старых знакомых, создал небольшой джаз-бэнд и начал играть в одном местечке недалеко от американской военной базы. Там, проявив свои лучшие качества, по-товарищески сблизился с майором американской армии -- большим поклонником джаза. Майор, американец итальянского происхождения родом из Нью-Джерси, неплохо играл на кларнете. Он служил в подразделении снабжения и мог заказывать из Америки сколько угодно нужных пластинок. В свободное время они на пару джэмовали или шли в казарму -- общежитие майора и слушали там за банкой пива лучшие пластинки Бобби Хакетта, Джека Тигартена, Бенни Гудмэна, пытаясь усердно копировать их пассажи. Майор доставал для него дефицитные в то время продукты, молоко, выпивку, на что Такия Сёсабуро подумывал: «Совсем неплохие времена!»
Он женился в 1947 году. На дальней родственнице по материнской линии. Однажды просто случайно встретил её на улице, затем за чашкой чая слушал истории из жизни родственников и рассказывал о своём прошлом...

Харуки Мураками (Haruki Murakami)
«Тони Такия»

Биография

Произведения

Музей

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Гостевая