О.Генри (О. Henry) - Рефераты и сочинения - Смешное и грустное в новеллах О. Генри

Смешное и грустное в новеллах О. Генри

О. Генри - замечательный мастер юмора в американской литературе.
Подавляющее большинство рассказов О. Генри, в сущности, посвящено самым обычным явлениям жизни. Его герои движимы чувством любви, дружбы, стремлением делать добро, способностью к самопожертвованию, тогда как отрицательные персоналки действуют под влиянием ненависти, злобы, стяжательства, карьеризма. За необычным у О. Генри в конце концов всегда скрывается обычное.
Писателю свойствен в большинстве его рассказов насмешливый или иронический тон. Развитие действия и поведение героев, а иногда и очень серьезные явления в новеллах О. Генри всегда сводятся к шутке, к смешной развязке.
О. Генри подмечает смешное в людях, в их поведении, в тех ситуациях, которые складываются в процессе столкновений между героями. Смех О. Генри добродушен, в нем нет грубости и цинизма. Писатель не смеется над физическими недостатками своих героев, над их действительными несчастьями. Ему глубоко чужд тот жестокий мрачный юмор, который присущ иногда литераторам Запада.
Смех О. Генри благороден, ибо в основе юмора писателя лежит глубокая вера в человека, любовь к нему, ненависть ко всему, что уродует жизнь и людей.
У О. Генри есть рассказ "Родственные души", в котором рассказывается о том, что грабитель забирается ночью в дом богатого обывателя и находит его лежащим в постели. Бандит приказывает обывателю поднять руки вверх. Обыватель объясняет, что из-за острого приступа ревматизма сделать этого не может. Бандит сразу вспоминает, что он тоже страдает этим недугом. Он спрашивает больного, какими средствами тот пользуется. Так они беседуют, а потом отправляются вместе выпить: "Ладно, -- говорит вор, -- бросьте это, я вас приглашаю. На выпивку хватит".
Комическая идиллия, изображающая грабителя и его возможную жертву идущими под ручку в кабак, не может не вызвать улыбки. Смешно, конечно, не то, что в героях О. Генри неожиданно обнаруживается человеческое. Смешно то, что человеческое обнаруживается в такой неожиданной, ненормальной форме. В юморе О* Генри есть поэтому значительная доля иронии по отношению к тому строю жизни, который порождает подобные несоответствия. За этой иронией скрывается грусть, столь свойственная юмору писателей-гуманистов, изображающих смешные гримасы жизни.
Вот пример юмористического рассказа, где та же идея предстает в другом варианте, -- "Роман биржевого маклера". Отрешившись на короткое время от атмосферы биржевого ажиотажа, маклер предлагает своей стенографистке выйти за него замуж. Стенографистка повела себя очень странно. Сначала она как будто изумилась, потом из ее удивленных глаз хлынули слезы, а потом она солнечно улыбнулась сквозь слезы. "... Я поняла,.-- сказала она мягко, -- это биржа вытеснила у тебя из головы все остальное". И она сообщает Гарри, что они с ним вчера обвенчались.
Яснее сказать нельзя: биржа вытеснила у человека все естественные, нормальные чувства.
Итак, перед нами два рассказа, вызывающих, казалось бы, всего лишь "легкий смех". А между тем, как мы видим, в основе их юмора лежит глубоко гуманное и демократическое воззрение на жизнь. Вдумываясь в содержание других рассказов, мы обнаружим тот же взгляд. Вот почему смех О. Генри -- благородный смех.
Изобретательность О. Генри в создании концовок новелл и рассказов просто поразительна. Иногда кажется, что все усилия писателя направлены только на то, чтобы удивить нас неожиданным финалом. Концовка рассказов подобно яркой вспышке молнии озаряет все то, что раньше таилось во I мраке, и картина сразу становится ясной.
Хотя О. Генри в своих рассказах постоянно смеется, но бывает, что он смеется в то время, как душа его обливается слезами. Но писатель верил в жизнь, в людей, и его рассказы озарены огоньком подлинной человечности.

Источник:http://www.refus.ru/

Тем временем:

... Я люблю тебя и не отвергаю,
каким бы ты ни был. Даже в твоем падении. Даже дезертиром. У
меня нет никого, кроме тебя, мать не в счет, она - за железным
занавесом, кто мне близок и дорог и при воспоминании о ком на
мои глаза навертываются слезы и сердце заливает волна теплоты
и нежности.
Тем труднее мне говорить тебе правду, выплеснуть все, что
жжет и терзает мою душу, потому что я рискую тебя кровно
обидеть и потерять навсегда. Пойми, как мне нелегко, прояви
терпимость и выслушай мой стон, не озлобясь и не отринув меня.
Ты привез меня в Израиль. Я пошла за тобой, оставив там,
в неволе, больную мать, друзей и, наконец, народ, Литву,
которой я принадлежу половиной своей крови. Потом ты бросил
меня, полуеврейку, в государстве евреев, одном из самых
неуютных на земле, и уехал устраивать свою жизнь туда, где,
как тебе кажется, фортуна улыбается обольстительней и
безопасней.
Сначала ты оставил жену в Литве, теперь оставил дочь в
Израиле. И бросил в беде сам Израиль, твое государство, на
попечение других, и в том числе мое.
Ты скажешь, что мать ты оставил потому, что она сама не
захотела ехать. Правильно. И меня не увез в Европу, потому что
я наотрез отказалась следовать за тобой. Тоже верно.
В результате ты снова остался один. Один-одинешенек. И с
больной совестью, которая, я знаю, в тебе еще не умерла и
вынуждает тебя молча страдать.
По-разному покидают евреи Израиль.
Одни это делают тихо, незаметно, как заведомо
непристойный шаг, стыдясь друзей и знакомых, и, осев
где-нибудь на планете, никогда недобрым словом его не помянут,
и, слушая радио, ловят в новостях в первую очередь сообщения
из Израиля. Они как свой личный успех воспринимают весть
оттуда.
Другие удирают, хлопнув дверью, чуть ли не прокляв свое
государство, и в местах нового проживания будут зло и едко
высмеивать его, публично поносить, и аборигены тех мест будут
смотреть на них с чувством неловкости, которое испытывают даже
антисемиты при виде еврея, рассказывающего на потеху чужим
ушам грязные юдофобские анекдоты...

Эфраим Севела (Efraim Sevela)
«Продай твою мать»